• Блог АВРОРА-яхтинг
Яхт-школа Круче к ветру! » Блог » Мыс Горн

Экпедиция на мыс Горн

Это может каждый, стоит только захотеть.


Экпедиция на мыс Горн

Экпедиция на мыс Горн

Мечта яхтсмена

Всякий, кто увлекался историей великих географических открытий и кто читал про мыс Горн, наверняка задумывался о его покорении. Эта мысль сидит у тебя в голове с тех, как ты мальчишкой читал о плаваньях Магеллана или сэра Френсиса Дрейка. Рано или поздно эта мечта овладевает тобой, она начинает дразнить тебя и не дает заснуть ночами: а ведь ты мог бы это сделать. Нет, не на круизном судне, а капитаном парусной яхты! Во что бы то ни стало проплыть рядом с грозными скалами и испытать яростные ветра на краю света – вот цель. Для осуществления мечты одного желания мало, нужна критическая масса несгибаемых романтиков. И в один прекрасный момент звезды встают на свои места, и все начинает вертеться. Стоит только захотеть!

Поиск единомышленников

Первый приступ накрыл меня года два тому назад, и я с головой окунулся в организацию экспедиции. Поиск в интернете показал, что оптимальным вариантом было стартовать из аргентинской Ушуаи, идти на мыс Горн и возвращаться по проливу Бигля обратно. Сезон длится с декабря по апрель, так как ветер в это время намного слабее, погода чуть теплее, а световой день позволяет проходить большие расстояния. Огорчило известие, что в бербоут чартер (аренда судна без команды) яхты никто в Патагонии не дает, и на борту будет, как минимум, чужой капитан, а то и старпом со стюартом. Ну, что же, раз нельзя капитаном, буду хотя бы старпомом. Переписка с несколькими капитанами заняла три месяца. Тем временем закончился сезон, затея временно потеряла актуальность, и надо было думать про следующий год. Созданная в социальной сети группа не выявила единомышленников, и романтическая затея детства постепенно переместилось обратно в сферу воображаемого.

Судьба яхтсмена

Через год совершенно неожиданно со мной по скайпу связался неизвестный джентльмен и поинтересовался, насколько серьезны мои намерения относительно мыса Горн. Намерения-то серьезные, только «настоящих буйных мало», отвечал я. Михаил заверил меня, что с «буйными» проблем не будет, только скажи, сколько платить и когда выезжать. Мечта вышла из тени. Я быстро договорился с одним из капитанов: он брал на борт 6 человек с учетом того, что я буду исполнять обязанности старпома. Нам досталась алюминиевая яхта длинной 12 метров. Капитана звали Мики, он говорил на родном испанском, а так же на английском, немецком и итальянском. Как оказалось, мать у него немка, а отец итальянец, сам он родился и вырос в Парагвае. Как тут не стать полиглотом?! Забегая вперед, скажу, что капитан нам достался классный: превосходный моряк, он к своим 40 годам уже 53 раза обогнул мыс Горн. Кроме того он великолепно готовил. Ребята в команду тоже подобрались отличные. Ни разу за все путешествие у нас не было конфликтов, шутки и прибаутки были ответом на все жизненнее сложности. Мики даже не поверил, что большинство из нас познакомилось только за неделю до вылета в Аргентину.

Дальняя дорога

Разработка маршрута до Ушуаи и обратно показала, что прямых рейсов до Буэнос-Айреса из России нет, и нужно лететь через Европу. В итоге, мы летели из Санкт-Петербурга в Париж, потом в Буэнос-Айрес и только затем в Ушуаю. На обратной дороге, мы, конечно, не смогли «проскакать» мимо такого роскошного города, как Буэнос-Айрес и остановились там на полтора дня. При современном развитии интернета заказать гостиницу в Ушуае, а уж тем более в Буэнос-Айресе, из Петербурга оказалось легким делом.

Нас несколько насторожило, что капитан рекомендовал брать обратные билеты на три дня позже, чтобы в случае плохой погоды, наверняка успеть на самолет в Европу. Собственно и прохождения мыса Горн он нам не гарантировал. Ну, как говорится, «как провожают пароходы, совсем не так как поезда». Разве не трудностей мы хотели?!

Мыс Горн не прост

Кроме сложностей с погодой, проблем хватало: задуманная поездка была мало похожа на вояж по путевке, купленной в турфирме. До последнего момента я не знал, будет ли наша яхта в мореходном состоянии и будет ли она в Ушуае вообще. За неделю до отъезда пришло сообщение, что некая яхта сломала мачту на мысе Горн. Я достаточно хорошо понимаю, почему яхта может утонуть, и на чем попало не поплыву. На всякий пожарный случай была предусмотрена незатейливая альтернатива: осмотр лежбища пингвинов в проливе Бигля. Все эти мысли не давали мне покоя по дороге в Ушуаю.

Мы стартовали из Санкт-Петербурга, и спустя 1,5 суток и смены 8 часовых поясов мы были на месте. Яхта стояла у причала в местном яхт-клубе. Мы загрузили вещи на борт и следующим утром уже рассекали воды канала Бигля по пути на мыс Горн. Не меньшую сложность, чем коварная погода, представляют собой в этих краях пограничные формальности между Чили и Аргентиной. Дело в том, что большинство яхт базируется в аргентинском порту Ушуая, а мыс Горн принадлежит Чили. Чтобы попасть на мыс Горн нам предстояло закрыть аргентинскую границу, открыть чилийскую, обогнуть мыс Горн, закрыть чилийскую и победоносно открыть еще раз аргентинскую по возвращении в Ушуаю. Для выполнения этой непростой цепочки процедур наша яхта и держала сначала курс на чилийский Пуэрто Вильямс.

Бюрократия

Бюрократические процедуры в Пуэрто Вильямс усилиями чилийских властей могли составить конкуренцию советскому «железному занавесу». Мало того, что оформление проводится только в 10:00 и 18:00, так ещё каждый член команды заполняет по 5 анкет на испанском языке. В одной из анкет мы декларировали, что рейс у нас не коммерческий и мы не платили за него ни копейки. Ведь коммерческие плавания в этих водах разрешены только судам под чилийским флагом. К слову сказать, ни одной яхты с чилийским флагом я там не видел.

Что на самом деле нужно моряку

Яхт-клуб в Пуэрто Вильямс представляет собой списанное судно 50-ых годов постройки, пришвартованное в устье местной речушки. В ходовой рубке находится салон с блестящим, латунным машинным телеграфом, штурвалом и прочими мореходными атрибутами. На главной палубе в надстройке есть бар, интернет, душ и туалет – в общем, всё, что нужно моряку, вернувшемуся из далёких и не очень плаваний. Когда из дальних антарктических экспедиций возвращаются сразу несколько яхт, на палубе устраивается вечеринка с барбекю и выпивкой. Масштаб, конечно, не такой, как на Tall Ship Races, но эмоций ничуть не меньше. К судну-яхт-клубу обычно лагом швартуются яхты 4-5 бортами. Лодки в основном металлические, с усиленным стоячим такелажем, внутренними штагами и бакштагами. Есть 60-70-ти футовые, предназначенные для дальних антарктических экспедиций, и есть яхты 35-45 футов для плаваний в районе мыса Горн и в канале Бигля.

Пуэрто Вильямс

Сам Пуэрто Вильямс разделяется на две части. Одна военно-морская, выкрашенная, вычищенная и отутюженная. Вторая часть напоминает деревню в Псковской области, только с патагонским колоритом. Если в первой части гордо возвышаются Штаб военно-морской базы с рындой напротив и трехэтажное здание мэрии в постмодернистском стиле, то во второй жмутся друг к другу маленькие домишки, больше похожие на строительные вагончики. Население, по большей части индейцы, безо всякого энтузиазма смотрит на свое будущее. В магазине продавщица, которой мы хотели сделать комплимент и сказали, что нам нравится Пуэрто Вильямс, зашлась в нервном хохоте: Как такое вообще может нравиться?!

Практическая яхтенная школа

Вернемся к нашей цели, к которой мы неотвратимо приближались с самого начала путешествия и приближались даже теперь, когда пережидали непогоду в Пуэрто Вильямсе. К сожалению, движение происходило только во времени и в наших головах: прогноз на ближайшие 3 дня был плохой. Нам ничего не оставалось, как только днём совершать моцион по городку, а вечер коротать в баре местного яхт-клуба. После ужина, застав капитана в яхт-клубе у интернета, я поинтересовался особенностями местной гидрометеорологии. «Как всегда, ветрено», - ответил он мне для начала. После пары правильно поставленных вопросов Мики понял, что интерес мой вызван не праздным любопытством, и раскрыл карты. Как известно, погодные условия здесь одни из худших в мире - за этим собственно и ехали. В месяц к юго-западу от мыса Горн образуется в среднем 24 циклона. Это значит, что ветер всегда сильный с переходом к штормовому. Ситуация усугубляется малыми глубинами(10-30 метров), на которых разгоняется крутая волна, способная перевернуть яхту. Ответвление от холодного течения Гумбольта несет дожди и туманы. Гористые острова (до 1500 метров), делают ветер порывистым и ещё больше разгоняют его вниз по склонам. Местные моряки называют район Волластоновых островов «devil neighbourhood», дьявольское место. Информацию о погоде Мики получал по интернету в виде GRIB-файлов модели GFS. Так как дальше Пуэрто Вильямс мобильная связь отсутствовала, на борту был спутниковый телефон, по которому и принимался прогноз. Другой источник - это прогнозы чилийской береговой охраны, посты которой находятся на протяжении всего канала Бигля и на мысе Горн. Все яхты должны по УКВ докладывать постам об их прохождении, а так же сообщать свои координаты каждые 2 часа. Если вовремя не доложиться, то военно-морские силы начинают спасательную операцию, и в случае ложной тревоги расходы ложатся на нарушителя спокойствия.

Фауна Патагонии

На следующий день нас ждал переход в 25 миль по каналу до Пуэрто Торо. По пути мы подошли к лежбищу пингвинов. Сюда даже возят экскурсии из Ушуаи. Высаживаться здесь запрещено, поэтому мы ограничились фотосессией. В Пуэрто Торо, где находится последний причал перед переходом до мыса Горн, оборудована застава береговой охраны. Раньше тут проживала семья одного рыбака, но возраст начал давать о себе знать, и ему пришлось перебраться поближе к цивилизации. Так что единственным встречающим нас на причале аборигеном, был щенок, дружелюбно виляющий хвостом в ожидании очередной порции колбасы от яхтсменов. Осмотр местных достопримечательностей много не дал. Помимо однообразных домиков пограничников, обнаружилась церквушка, заброшенная детская площадка и пара окопов времен Чилийско-Аргентинской войны 1978 года.

Курс на мыс Горн

Утром следующего дня положительный прогноз подтвердился, и мы взяли курс на мыс Горн. Нам предстояло выйти из канала Бигля, пересечь бухту Нассау, войти в пролив Браво в Волластонском архипелаге и через 15 миль подойти острову Горн с запада. Обогнув мыс Горн, мы должны были высадиться на одноименном острове. Так как на самом острове нет причала, стоять можно только на открытой якорной стоянке с северо-восточной стороны. При северном и северо-западном ветре там очень быстро разгоняется волна, и стоянка становится опасной. Только в половине случаев смельчакам удается высадиться на остров. На ночь мы должны были встать на якорную стоянку в архипелаге. В темное время суток между островами лодки не ходят: ведь из навигационного обеспечения здесь только знак в проливе Браво да маяк на мысе Горн.

Оперативные решения яхтенного капитана

Мы уже прошли траверс мыса и подходили к маяку, когда капитан, в очередной раз связавшись с маячником на острове, получил известие об усиливающимся северо-западном ветре. Вот и накрылась наша высадка! Мы развернулись на запад и полным ходом рванули вглубь архипелага на якорную стоянку в Пуэрто Максвелл. Заблуждаются те, что думает, что этот Пуэрто настоящий порт. На самом деле в этих местах это просто единственная из трех закрытая якорная стоянка. Почему командир английского корабля Джеймс Веддел, первый обнаруживший ее в 1923 году, дал название Пуэрто, неизвестно.  Может быть, это место казалось ему портом по сравнению с  окружавшими мрачными скалами и дующими между ними шквалистыми ветрами?

Тем временем вечерело, и ветер усиливался. Мы лавировали между островами под двигателем и зарифленным гротом. Когда в сумерках яхта подошла к узкому проливу на входе в Пуэрто Максвелл, Микки выдал мне инструкции по постановке на якорь. Сразу после входа в бухту, двое из нас должны на ходу залезть в тузик, доплыть на веслах метров 50 и завести конец за дерево на берегу, пока сам Микки будет вставать на якорь. Если мы не успеем это сделать, яхту снесет порывами ветра на скалы. Якорь завели со второго раза, первый раз попали в водоросли и Микки срубал их с якоря с помощью мачете. Уже в полной темноте нам удалось завести оба конца на берег. Мы были совершенно измотаны. Ужин с великолепной говядиной, запеченной капитаном, и превосходным аргентинским вином привел нас в чувство.

Пуэрто Максвелл

Утром следующего дня прогноз снова был неблагоприятный, и мы остались ждать в приютившей нас бухте Пуэрто Максвелл. Микки посоветовал нам сплавать на тузике на остров и осмотреть окрестности. Двумя партиями мы высадились на берег и попали в одно из самых необычных мест, которое мы когда-либо видели. Это был реликтовый лес, состоявший из непонятной породы деревьев. Начинался лес с деревьев размером с небольшую яблоню, а заканчивался теми же деревьями, только стелящимися по скалам. Если у подножия холма, мы пробирались между деревьями, то ближе к вершине, мы, подобно Гулливеру, шли по кронам. Погода вокруг менялась с быстротой карусели. Только что солнце оптимистично отражалось в спокойных водах Волластонского архипелага, а через 5 минут оно закатывалось за тучи, и шёл дождь, сменяющийся градом. Периоды затишья сменялись ветром, скидывающим нас с гребня острова, и нужно было иметь реакцию ковбоя, чтобы успеть вытащить фотоаппарат для удачного фото-выстрела. Не были забыты и несколько «важных» телефонных звонков по спутниковому телефону, а также фотографии, запечатлевшие, как этот звонок происходит. Конец нашей фотосессии положил капитан, сообщивший по рации, что прогноз улучшился и нам нужно срочно сниматься с якоря.

Трудности управления яхтой

Практически всю обратную дорогу через бухту Нассау до Пуэрто Торро я простоял на руле. Окружающих красот я не замечал, так как рулежка была непростой. У нашей яхты был узкий киль и свойство приводиться при всходе на волну. В сухопутном изложении это называется «бешеная кобыла». Попытки поставить на руль кого-нибудь из моих спутников так и не увенчались успехом. Капитан наблюдал за происходящим, а я отрабатывал свою старпомовскую должность за штурвалом в течение 5 часов. За это время у меня распухло лицо, а через день слезла кожа со скул. Видимо, всё-таки нужно было взять с собой балаклаву. Впрочем, грех жаловаться на суровые условия, ведь за этим я и ехал в Патагонию.

Пенящиеся проливы, которые мы утром наблюдали с вершины острова, теперь были под нами. На яхте не было анемометра. По этому поводу капитан совершенно справедливо заметил, что здесь дует либо «много» либо «мало» и анемометр это лишний прибор для здешних условий. По моей внутренней шкале Бофорта, в проливах дуло от 30 до 45 узлов. В стороне, у высоких скал, вода подхватывалась ветром и поднималась метров на 30. Возникали смерчи, которые я оцениваю за 50 узлов. Именно в этих местах появлялись стаи буревестников. Видимо, это новая строчка в патагонской шкале Бофорта: «Стаи буревестников: ветер силой 10 баллов». Местная фауна заслуживает того, чтобы о ней сказали пару слов. Самое необычное - это пингвины. На берегу они действительно похожи на толпящихся людей, а в воде не сильно отличаются от уток. Первое время, мы все безуспешно пытались их сфотографировать поближе, а они ныряли при приближении яхты. В бухте Нассау мы видели тюленей, плавающих в стае вместе с дельфинами. В отдалении проплывали касатки, на горизонте пускали фонтаны киты – словом, патагонские воды продемонстрировали нам весь веер разнообразия. Низко над водой пролетали дикие гуси, темно-коричневые буревестники и, конечно, альбатросы, эти короли воздуха.

Мечты сбываются

К вечеру мы прошли остров Ленокс и вошли в канал Бигля. Уже знакомый причал Пуэрто Торро был полон яхт. Утром следующего мы дня двинули в Пуэрто Вильямс для выполнения таможенных формальностей. Последние мили были пройдены в жесткой лавировке под полным ходом двигателя и с зарифленным гротом, против короткой волны и ветра 8 баллов. И наконец гостеприимный яхт-клуб Пуэрто Вильямс принял нас в свои объятия! Теплый душ, ровная палуба и улыбка барменши - что ещё нужно моряку?! Класть ноги на стол в кабаке и вдевать серьгу в левое ухо мы не стали, ограничились лишь тельняшкой с нашими подписями, прибитой на подволоке в баре яхт-клуба.

На следующий день мы сделали последний переход. Вот он, причал в Ушуае! Два слова об этом необычном городе. До 1947 здесь в основном содержали заключенных. Оставшаяся с тех самых пор тюрьма состоит из трех корпусов, соединенных в виде трезубца. В настоящее время один корпус оставлен нетронутым. Там можно увидеть, в каких условиях здесь содержались заключенные, во втором корпусе устроена картинная галерея, а в третьем музей покорения Антарктики. Город живет в основном за счет туристов, приплывающих на огромных пассажирских лайнерах. Туристы вливаются в две главные улицы, идущие параллельно бухте, на которых находится множество магазинов, баров и ресторанов, имеется даже пара казино. От стриптиз-клубов, закрытых пару лет назад по настоянию местных жителей, остались только вывески фривольного содержания. Главная набережная ухожена и засажена цветами. С променада вдоль бухты открываются изумительные виды на островерхие горные вершины и суда, стоящие на рейде в ожидании причала. Местные жители приветливы и всегда с радостью готовы помочь заплутавшему иностранцу. Там и сям попадаются свидетельства Фолклендского конфликта с Великобританией. Город был главной базой во время этих боевых действий. Уличных стенды рассказывают о боли поражения и скорби по погибшим на Мальвинских (Фолклендских) островах.

Буэнос-Айрес

Пришла пора прощаться с Патагонией, нас уже ждал Буэнос–Айрес. В столице Аргентины мы провели два дня. Это был наш запас времени на случай задержки на мысе Горн. Как сказала бы известная героиня Ноны Мордюковой, «Буэнос-Айрес - город контрастов». Город начинается с романтичного Сан Тельмо, респектабельного Пуэрто Мадера, продолжается самобытным Ла Бока и заканчивается бетонным самостроем, попадающимся всё чаще и чаще по мере удаления от центра.

Дождь попытался спутать наши экскурсионные планы, но после полудня распогодилось, и мы двинулись в сторону Сан Тельмо. Архитектура чем-то напомнила Париж с его узкими до пола окнами и решетчатыми балкончиками. Мы посетили парочку кафе, которым, наверное, лет по 150. Местный колорит – это уличные музыканты, играющие танго и пары, танцующие на площадях. Где-то здесь пил кофе Борхес, и сидел за бокалом белого вина Кортасар. Нас окружали толпы туристов и сотни тысяч нелепых сувениров, сделанных одной артелью китайских кустарей. К вечеру мы поехали ужинать в район Пуэрто Мадера. Как можно догадаться, это бывший лесной порт, пакгаузы которого с любовью отреставрированы и оборудованы под рестораны, а причалы превращены в элегантные набережные, вдоль которых пришвартованы парусники и яхты. Ресторан, в котором мы ужинали, на мой вкус, был немного пафосным, но мясо и вино были выше всяких похвал. Настоящий аргентинский стейк с мужской кулак толщиной, вид на шикарную набережную Пуэрто Мадерa: Буэнос-Айрес оправдал все наши ожидания.

Последние полутора суток пути прошли незаметно, и вот мы уже на российской земле. Приключения позади, остались воспоминания о суровых краях, интересных людях, необычной природе, а главное осуществилась мечта каждого яхтсмена: обойти мыс Горн под парусами.


Наверх